ВходРегистрация

Общие возможные направления развития СЯС России до конца ХХ-века


После развала Советского Союза на территории Российской Федерации осталась львиная часть советского стратегического потенциала: 100 % БРПЛ, 76 % всех МБР и 53 % тяжелых бомбардировщиков. В тоже время за пределами России оказались новейшие системы стратегических вооружений (20 бомбардировщиков Ту-160 - 91 % от их общего числа, 46 МБР РС-22А - 82 %, 34 ракетоносца Ту95МС16 - 61 %). Кроме того, была нарушена кооперация предприятий-производителей новейших стратегических вооружений. Особенно тяжелая обстановка сложилась с производством МБР. Из четырех современных типов ракет, находившихся на конец 1991 года в производстве, только один выпускался на российском предприятии.

Попытки руководства России создать коллективные стратегические ядерные силы под единым командованием натолкнулись на активное сопротивление политических лидеров Украины, стремившихся выгодно воспользоваться доставшимся им ядерным потенциалом По числу носителей и размещенных на них ядерных боезарядов Украина вышла на третье место в мире (176 МБР и 42 тяжелых бомбардировщика - 1240 и 588 боезарядов соответственно).

С осени 1992 года Россия приступила к созданию структуры собственных СЯС. Но у политических лидеров страны не было четких геополитических ориентиров, не было и новой доктрины, которая должна определять состав и задачи ядерных сил. Они прибывали в состоянии эйфории. Нормальное военное строительство подменялось разговорами о приходе <новой эры взаимоотношений с НАТО>, чуть ли не <братства с США>. Президент России Б. Ельцин весной 1992 года решил прекратить дальнейшее производство бомбардировщика Ту-160 и новых атомных подводных ракетных крейсеров. Еще раньше было принято решение об отказе от серийного производства новейшей малогабаритной межконтинентальной ракеты <Курьер>, испытания которой успешно закончились в 1991 году.

В 1992 году, в условиях небывалой в практике подготовки договоров по проблемам ограничения и ликвидации стратегических вооружений, был подготовлен и 3 января 1993 года подписан Договор о дальнейшем сокращении стратегических ядерных потенциалов США и России. В результате России предстояла сокращать свои СНВ сразу в соответствии с двумя Договорами (СНВ-1 и СНВ-2), в случае их ратификации российскими законодателями.

Еще до вступления Договора СНВ-1 в силу начался процесс массового снятия с вооружения устаревших российских МБР и БРПЛ. В тоже время поступление на вооружение новых образцов замедлилось, что стало следствием так называемых <экономических реформ>, проводимых правительством Е. Гайдара.

В 1995 году вступил в силу Договор СНВ-1, предусматривавший 50 % сокращение стратегических наступательных вооружений СССР и США. В зачет нормы сокращения для России по межконтинентальным ракетам были включены МБР, оставшиеся на территории Украины и Казахстана. К середине 1996 года российские СЯС располагали 744 МБР, 640 БРПЛ и 85 тяжелыми бомбардировщиками.

К сожалению, политическое руководство страны так и не выработало четкой концепции дальнейшего строительства стратегических ядерных сил. Особенно много неопределенности вносила ситуация с ратификацией российско-американского Договора СНВ-2. Договором предусматривалось, что каждая из сторон ограничивает свои МБР, БРПЛ, пусковые установки, связанные с ними, тяжелые бомбардировщики таким образом, чтобы к 1 января 2003 года стороны имели на своих носителях от 3000 до 3500 ядерных боевых блоков по своему усмотрению. Предусмотрены промежуточные уровни на период сокращений (семь лет, как это определяет Договор о СНВ):

- 2160 боезарядов, которые числятся за развернутыми БРПЛ;

- 1200 боезарядов на МБР с РГЧ ИН;

- 650 единиц для боезарядов, которые числятся за развернутыми тяжелыми МБР с РГЧ. В тексте договора есть оговорка, что, если стороны согласуют программу американской помощи в ликвидации российского арсенала, то этот процесс должен завершен не позднее 31 декабря 2000 года.

Договор позволяет уменьшать количество боезарядов на ракетах наземного и морского базирования, за исключение тяжелых МБР, при чем этот вопрос увязан с некоторыми положениями Договора СНВ-1. Для МБР, не являющихся американскими <Минитмен-3>, число таких ракет не может превышать 105 единиц. При этом, старая платформа от РГЧ остается на ракете. Разрешено переоборудовать не более 90 шахтных пусковых установок тяжелых ракет для размещения в них легких МБР с моноблочной головной частью.

Положения этого Договора вызвали большие споры у специалистов и политиков в ввиду его очевидной огромной затратности для России.

Даже беглый взгляд на его основные положения показывает, что структура российских СЯС претерпит значительное изменение. В 1992 году распределение носителей и боезарядов на них выглядело следующим образом. РВСН в структуре имели 51,2 % носителей и 56,8 % боезарядов, морские СЯС (МСЯС) - 44,7 % носителей и 37,1 % боезарядов, авиационные СЯС (АСЯС) - 4,1 % и 6,1 % соответственно. В случае выполнения Договора СНВ-2 эти показатели могут выглядеть приблизительно так. РВСН - 75,5 % носителей и 25,6 % боезарядов, МСЯС - 19,5 % носителей и 47 % боезарядов, АСЯС - 5 % носителей и 27,4 % боезарядов. При этом, чтобы выйти на уровень 900 МБР, оснащенных моноблочной головной частью, российской промышленности необходимо будет произвести свыше 450 ракет. В противном случае доли морской и авиационных составляющих СЯС еще более возрастут. Очевидно, что основная тяжесть переносится на российские РПК СН, которых всего останется 13 единиц. Научные расчеты с использованием современного математического аппарата, например, доктора технических наук, профессора Л. Худякова, показывают, что России необходимо иметь 20 подводных ракетоносцев, из которых 13 должны находиться на боевом патрулировании. Тогда вероятность нанесения ответного удара хотя бы одной лодкой будет в требуемых пределах. В настоящее время это условие выполнимо. Но после 2003 года, если не будет развернуто серийное строительство новых РПК СН, ситуация может значительно ухудшиться.

Структура американских стратегических наступательных сил не претерпит изменений. На 18 ПЛАРБ будет размещено 432 БРПЛ <Трайдент-D5> с 1728 боевыми блоками (49,4 % всех боезарядов). За счет уменьшения доли МБР по боезарядам с 23,2 % в 1991 году до 15,7 % возрастет авиационная составляющая (с 22,3 до 34,9 %). Таким образом, морские СЯС по-прежнему будут играть основную роль. При этом их качественный уровень значительно возрастет, что позволит им наносить разоружающий удар.

Посмотрим, что стоит за этими цифрами в плане сохранения стратегического баланса. Расчетная потребность боеголовок ракет <Трайдент-D5> для поражения 1000 наземных пусковых установок российских МБР составляет 1130-1150 из их общего числа 1728. Следовательно, задача разоружающего удара может быть перенесена с МБР <Минитмен-3> на БРПЛ. К тому же последние способны будут достигнуть внезапности нанесения удара из любой точки мирового океана, не контролируемой нашими средствами системы предупреждения о ракетном нападении (СПРН) и надводным флотом. С развалом СССР мы потеряли из семи надгоризонтных станций СПРН четыре. Оставшиеся у России к середине 90-х годов корабли океанской зоны, способные решать противолодочные задачи в отдаленных от своих баз районах, настолько малочисленны, что рассчитывать на их эффективное применение нет ни каких оснований. Может сложится такая ситуация, когда российские СЯС будут лишены возможности отреагировать на внезапный удар как ответно-встречным, так и ответным ударом.

Специалистами РВСН подсчитано, что контрсиловой потенциал этого компонента стратегических ядерных сил России после ликвидации МБР с РГЧ ИН снизится более чем в 8 раз, контрсиловой потенциал всех СЯС уменьшится в 2,2 раза, а эффективность ответного удара - почти в 1,5 раза. И это при условии, что промышленность справится с планом развертывания группировки новых моноблочных ракет, и США не будут развертывать элементы системы ПРО в рамках СОИ. Некоторые из них уже прошли испытания, а противоракетная мобильная система ближнего действия <Патриот> принята на вооружение.

К середине 1997 года в России сложилась тяжелая экономическая ситуация, которая не позволяет содержать даже сократившиеся Вооруженные силы. В этих условиях роль национальных СЯС в обеспечении обороноспособности государства еще больше возросла. Какими они будут в конце нынешнего века, зависит от ряда обстоятельств, а главное - политической воли руководства страны.

Комментарии
Комментарии ()
Комментарии ()

Нет комментариев. Ваш будет первым!